Главная

О кафедре

История

События

Методические материалы

Книги

Электронные
книги


Источники
и  пособия


Рекомендуемые
программы


Ссылки

Обновления
сайта


Написать
письмо

Протоиерей Василий СТРОГАНОВ,
доцент Московской духовной академии, кандидат богословия
ВКЛАД МОСКОВСКОЙ ДУХОВНОЙ АКАДЕМИИ
В ГЕРМЕНЕВТИКУ НОВОГО ЗАВЕТА

Доклад прочитан на академическом вечере в МДА 14 декабря 1984 года.
Опубликован в сокращении: Журнал Московской Патриархии, 1985, 8, с. 75-79.
© Строганов В., прот. 1985-2006.
© Электронный вариант и корректура:
Кафедра библеистики МДА совместно с Фондом "Серафим", 2005.

Протоиерей Василий Строганов, доцент МДА, кандидат богословия

Становление герменевтики [герменевтика (с греч.) — искусство и наука истолкования, объяснения чего-либо — прим. авт.] Священного Писания в Московской духовной академии происходило таким образом, что она оказалась в течение весьма продолжительного времени связанной с комплексом вспомогательных дисциплин, предметом которых было также изучение Священного Писания. Искусство справщиков включало в себя знания, принадлежащие этим вспомогательным дисциплинам, именуемым в настоящее время текстология, лингвистика и исторические науки. В XVII— XVIII веках готовился исправленный славянский текст Священного Писания, принятый в Елизаветинской Библии 1751 года. А в XIX веке был подготовлен и издан перевод Библии на русский язык. Эти обстоятельства и послужили к приобретению герменевтикой МДА ценного опыта гармоничного взаимодействия различных наук при главенствующем и определяющем положении богословия.

В Московской Славяно-греко-латинской академии преподавали такие известные справщики славянского текста Священного Писания, как иеромонах Софроний Лихуд (†1730), архимандрит Феофилакт (Лопатинский; †1741), ректор академии с 1706 по 1722 год, впоследствии архиепископ Тверской, трудившийся вместе с иеромонахом Софронием Лихудом и учениками братьев Лихудов — монахом Феологом (†1734) и Феодором Поликарповым (†1730), иеромонах Иаков (Блоницкий; †1761), преподаватель академии с 1743 года, архимандрит Варлаам (Лящевский; †1774), ректор академии с 1753 года, и архимандрит Гедеон (Слонимский; †1772), ректор Троице-Сергиевой семинарии с 1754 года и ректор Московской академии с 1758 по 1761 год. Им принадлежат первые опыты толкования книг Священного Писания. Иеромонах Иаков (Блоницкий) и архимандрит Варлаам (Лящевский) были учениками замечательного русского ориенталиста Симона Тодорского (скончался архиепископом Псковским в 1754 году), глубокого знатока греческого и восточных языков.

Герменевтическая деятельность в академии была продолжена учениками названных богословов. Архимандрит Гавриил (Петров; †1801), воспитанник академии с 1741 года, справщик Московской синодальной типографии с 1754 года, учитель риторики в Троицкой Семинарии и ректор Семинарии с 1758 года, ректор Московской академии с 1761 года, впоследствии митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский, был автором толкований на все Соборные послания, кроме 1-го Послания апостола Петра. Толкование на это Послание подготовил преподаватель и префект академии с 1770 года Тихон Малинин (†1793), впоследствии архиепископ Астраханский. Иеромонах Макарий (Петрович; †1766), преподаватель МДА с 1758 года, составил герменевтический труд «Согласие евангелистов». К этой плеяде экзегетов принадлежал воспитанник и преподаватель академии, с 1770 года ректор МДА, архимандрит Феофилакт (Горский; †1788), впоследствии епископ Переяславский и затем Коломенский, автор обширного труда «Гармонии и толкования» на всё Священное Писание [1].

В период становления герменевтики в МДА, со времени ее основания, создавались условия для формирования науки и готовился материал для последующих времен, когда герменевтические исследования приняли форму отчетливо сложившегося направления. Этот новый блистательный период начался с прихода в МДА ее воспитанника, а затем преподавателя, инспектора и ректора Троице-Сергиевой семинарии, архиепископа и затем митрополита Московского Платона (Левшина; †1812), сделавшего, по оценке историка академии (профессора С. Смирнова; †1890), для Московской академии столько же, сколько было сделано для Киевской митрополитом Киевским Петром Могилой (†1647). Митрополит Платон установил регулярные занятия по толкованию Священного Писания, в воскресные дни они проводились публично. Основываясь на святоотеческой герменевтике, в первую очередь на толкованиях святителя Иоанна Златоуста, митрополит Платон предложил правила толкования Священного Писания. Духовный смысл предлагалось находить «без принуждения» и не искать подтекста там, где его нет; особое внимание рекомендовалось обращать на параллельные места и сводить их воедино, ориентируясь на «лучших церковных учителей-толковников» [2]. Наконец, указом Святейшего Синода 1798 года герменевтика была введена в академии как отдельная дисциплина — «для вспомоществования правильному образу толкования Священного Писания».

Московская духовная академия вскоре обогатилась такими герменевтическими трудами, как «Руководство к чтению Священного Писания Ветхого и Нового Завета», изданное в 1779 году ректором МДА архимандритом Амвросием (Подобедовым; †1818), впоследствии митрополитом Новгородским и Санкт-Петербургским; «Толкования на Послания апостола Павла к Римлянам и к Евреям» Иринея (Клементьевского; †1878), преподавателя и катехизатора академии, впоследствии архиепископа Псковского; «Толкования на Послания апостола Павла» преподавателя и ректора академии архимандрита Аполлоса (Байбакова; †1801), впоследствии епископа Архангельского. Ректор МДА с 1786 года архимандрит Афанасий (Иванов; †1805), впоследствии архиепископ Екатеринославский, составил конспект по классу Священного Писания, в котором славянский перевод сравнивал с греческим и еврейским текстами. Преподаватель и затем ректор МДА с 1791 года архимандрит Мефодий (Смирнов; †1815), впоследствии архиепископ Псковский, издал «Толкование на Послание апостола Павла к Римлянам». А преподаватель и ректор МДА с 1801 года архимандрит Августин (Виноградский; †1819), впоследствии архиепископ Московский, составил «Толкования на Апостольские Послания».

Творческий стимул, сообщенный герменевтике Священного Писания в Московской духовной академии трудами и неустанным попечением митрополита Платона, положил начало основанию традиции московской школы герменевтики, отмеченной затем деятельностью трех светил — митрополита Московского Филарета (Дроздова; †1867), архиепископа Черниговского Филарета (Гумилевского; †1866) и ректора МДА протоиерея Александра Горского (†1875).

Архимандрит Филарет (Гумилевский), закончивший свой земной путь в сане архиепископа Черниговского, преподаватель, инспектор и ректор МДА в 1835-1841 годах, библеист, догматист, историк и патролог, «выступил на поприще учения с новыми приемами: с критикой источников, с филологическими соображениями, с историей догматов, с резкими опровержениями мнений, порожденных рационализмом на протестантском Западе» [3]. Автор «Исторического учения об отцах Церкви» (1859), по инициативе которого в МДА было предпринято издание святых отцов в русском переводе, архиепископ Филарет был блестящим экзегетом Священного Писания. Его герменевтика, прочно основанная на святоотеческих образцах, естественно, включала в себя тонкий филологический анализ и эрудицию церковного историка. Замечательными примерами толкований евангельского текста являются известные его работы: «Беседы о страданиях Господа нашего Иисуса Христа» (М., 1857, ч. 1-2), «Учение евангелиста Иоанна о Слове» (Чернигов, 1869), «Опыт объяснения на Послание апостола Павла к Галатам» (Чернигов, 1862).

Еще будучи преподавателем, будущий архиепископ Филарет встретил ученика, с которым его на многие годы соединила теснейшая дружба и любовь к науке. Это был Александр Васильевич Горский. Архиепископ Филарет «ввел Горского в мир отеческого любомудрия и аскезы» [4]. Протоиерею Александру Горскому, преподавателю и ректору МДА с 1862 по 1875 год, ученому, в трудах которого заключен богатейший научный материал, принадлежат печатные труды, имеющие непосредственное отношение к герменевтике Нового Завета: «История евангельская и Церкви Апостольской» (М., 1833), «Образование канона Священных книг Нового Завета» (М., 1871), «О том, совершал ли Господь наш Иисус Христос пасху иудейскую на последней Вечери своей с учениками» (М., 1853) и фундаментальный труд «Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки» (М., 1855-1862), созданный им совместно с К.И. Невоструевым. Много потрудился протоиерей Александр Горский и над переводом Нового Завета на русский язык. Опубликованный в виде академических лекций его труд «История евангельская и Церкви Апостольской» — образец новозаветной экзегетики, выполненный археографом, историком и лингвистом, ученым-энциклопедистом и глубоким богословом. Толкования, безукоризненно им изложенные, предваряются глубоким анализом предшествовавших исследований.

Многолетним воспитателем Московской духовной академии был митрополит Московский Филарет (Дроздов; †1867), один из самых одаренных учеников школы митрополита Платона. Сначала преподаватель греческого и еврейского языков и поэзии в Троице-Сергиевой семинарии, иеродиакон Филарет был вызван в 1808 году в С.-Петербург для преподавания в С.-Петербургских духовных школах. В С.-Петербургскую духовную академию он принес опыт герменевтических занятий Московской духовной школы.. В 1812 году архимандрит Филарет был назначен ректором С.-Петербургской академии. Его первыми образцовыми трудами по библейской экзегетике были «Опыт изъяснения псалма XVII» (СПб., 1814) и «Записки на книгу Бытия» (СПб., 1816). В 1816 году епископ Ревельский, в 1819 году — архиепископ Тверской, в 1820 году — архиепископ Ярославский, в 1821 году святитель Филарет принимает Московскую кафедру, чтобы до конца жизни, то есть в течение 46 лет, оставаться духовным и научным руководителем Московских духовных школ.

Но в чем же, собственно, заключается герменевтика святителя Московского Филарета? К концу XIX века, в 1891 году, в МДА были изданы правила герменевтики Тихония Африканца, экзегета IV века, с предисловием тогдашнего ректора Московской духовной академии архимандрита Антония (Храповицкого; †1936). В своем остром анализе недостатков современной ему новозаветной экзегетики архимандрит Антоний подчеркивал, что святоотеческая герменевтика «совершенно не подобна» современной, что «толкования отцов Церкви несут на себе характер известного единства, и как бы мы ни распространялись о разности двух экзегетических школ, александрийской и антиохийской», но «между представителями той и другой, например святителем Иоанном Златоустом и Оригеном или блаженным Феодоритом и святителем Кириллом Александрийским, несравненно более внутреннего родства, чем между любым из них и толкователями нам современными» [5]. Объяснение этому архимандрит Антоний находил «в непосредственной конгениальности святых отцов» библейскому духу [6]. Во всяком случае единообразие святоотеческих толкований не есть плод сознательного применения избранных герменевтических правил [7].

То, что архимандрит Антоний определил как «конгениальность библейскому духу», митрополитом Филаретом было сформулировано в виде четкого герменевтического принципа — требования адекватности воспринимающего субъекта, его духовной настроенности содержанию воспринимаемого текста. В своем «Введении в чтение Нового Завета» митрополит Филарет утверждал: «В каком духе написаны творения, в таком же духе они требуют и чтения их и в таком же духе должны быть понимаемы. ... Чтение находится в зависимости от предположенной цели. Если читающий ищет Бога, то все читаемое служит во благо, и Бог пленяет ум читателя и открывает ему смысл прочитанного, научая повиноваться Христу. Если же кто при чтении уклоняется к чему-либо, то смысл читаемого отодвигается». И далее: «Во всех писаниях полагается начало, из которого при чтении происходило бы и образовывалось ясное и верное понимание смысла всего написанного» [8].

Именно поэтому в герменевтике, в понимании святителя Филарета, «истинный истолкователь неясных мест Священного Писания есть: 1) само Священное Писание, в своих местах более ясных и полных, и вместе с ним 2) Церковное Предание, заключенное в символах, догматах, правилах и толкованиях cвятых Соборов и святых отцов» [9]. Священное Писание хранится в Церкви промыслом Божиим, и поэтому «Божественное учение не затемнено в нем вариантами и разностью переводов», и «разные чтения или не изменяют существенного смысла, или встречаются в предметах, не касающихся существенных истин Откровения Божия» [10] и не являются препятствием для достоверного знания слова Божия и слова человеческого. И поэтому в Православной Церкви, как бы это ни могло показаться парадоксальным, «канонизованы, то есть правилами святых Соборов и святых отцов признаны богодухновенными, известные книги Священного Писания, но текст никакой не канонизован, то есть не определено, какому во всех частях Священного Писания чтению и выражению следовать и какие варианты отвергнуть» [11].

В труде митрополита Филарета «О догматическом достоинстве и охранительном употреблении греческого Семидесяти толковников и славенского переводов Священного Писания» дана система правил «священной герменевтики» [12] для выбора и предпочтения чтения текстов на еврейском, или греческом, или славянском языках. Святитель считал, что православный богослов, изучающий Священное Писание, должен соблюдать апостольское предостережение — не мудрствовати паче, еже подобает мудрствовати (Рим. 12:3) и в то же время не «поставлять преград исполнению повеления Самого Господа нашего Иисуса Христа — испытайте Писаний (Ин. 5:39)» [13]. Мудрое применение этой диалектики герменевтики святителем Филаретом продемонстрировано в многочисленных толкованиях Священного Писания Нового Завета, помещенных в специальных работах и рассеянных в различных словах святителя (тематическая подборка таких толкований была сделана вскоре после кончины митрополита Филарета и печаталась в течение ряда лет в «Чтениях Общества любителей духовного просвещения», 1872-1876), в разработанных им руководящих принципах перевода Священного Писания на русский язык, и в частности в указании на необходимость различения жанров в Священном Писании — объекте пристального внимания и подчас чрезмерных забот современной западной экзегетики. В 1816 году архимандрит Филарет писал: «Тщательно наблюдать должно дух речи, дабы разговор перелагать словом разговорным, повествование — повествовательным и так далее». Необычайно ценны его многочисленные замечания и рекомендации к русскому переводу Священного Писания, его резолюции, относящиеся к текстам Священного Писания, в частности научному изданию отдельного списка Нового Завета — Остромирову Евангелию, — во всем соблюдалась мудрая мера.

Новозаветная герменевтика МДА прочно связана с именами таких выдающихся деятелей богословской науки, как архимандрит Михаил (Лузин; †1887), впоследствии епископ Белгород-Курский, составивший систематический свод «наилучших толкователей» [14], Митрофан Димитриевич Муретов (1851-1917) [15] и Григорий Александрович Воскресенский (1849-1918) [16] — библеистов, достойных продолжателей научного подвига своего учителя протоиерея Александра Горского, и многие другие [17]. Не все труженики на ниве новозаветной герменевтики МДА названы здесь, и далеко не все труды их здесь перечислены [18]. Но главное, что определяло герменевтику Священного Писания в Московской духовной академии, — это глубокая верность святоотеческой традиции, естественное следование ей, умение различать «дух и букву» Священного Писания, унаследованное от святых отцов.

Возрожденные Московские духовные школы следуют традициям святоотеческой герменевтики. В Православном богословском институте в Москве работал протоиерей Вениамин Платонов (†1948), автор замечательного герменевтического труда о евангельском повествовании о жене-грешнице [19]. После его кончины занятия продолжил профессор Николай Петрович Доктусов (†1959), построивший свой курс на разработках воспитанника МДА, ученого с мировым именем профессора Николая Никаноровича Глубоковского (†1937). В настоящее время [написано в 1985 г. — прим. ред. сайта КБ МДА] деятельность кафедры Священного Писания Нового Завета, возглавляемой в течение вот уже тридцати лет архиепископом Волоколамским Питиримом, как и ранее, основывается на святоотеческой герменевтике с учетом современного состояния библеистики [20].

Да будут же молодые поколения экзегетов МДА достойными продолжателями славных традиций тружеников родной Alma Mater.

ПРИМЕЧАНИЯ


[1] Михаил (Лузин), архимандрит. Столетие из истории толкования Библии у нас в России: Годичный акт в Московской духовной академии 1 октября 1877 года. М., 1878.
[2] Смирнов Сергей. История Московской славяно-греко-латинской академии. М., 1855, с. 295. «Публичное толкование воскресных Евангелий введено в академии в 1786 году и было возложено на одного из учителей, который был и катихизатором. Руководством для чтений катихизических служил «Катихизис» митрополита Платона, изданный в 1786 году. Для толкования «Катихизиса» выделена была особая зала и назначен девятый час поутру, а в десятом публично было объясняемо в аудитории Священное Писание по порядку текстов, и это было обязанностью ректора. Указом Святейшего Синода 1789 года предписано «толковать публично по воскресным дням перед литургией апостольские Послания по правилам герменевтики с присоединением нравоучений». Как на образец публичного объяснения Священного Писания можно указать на толкование Послания к Римлянам, преподанное в 1792 году в открытом собрании академии ректором архимандритом Мефодием [Смирновым; †1815; впоследствии архиепископ Псковский, Лифляндский и Курляндский — прим. прот. В.С.] и напечатанное в 1794 году» (там же, с. 317-318).
[3] Смирнов Сергей. История Московской духовной академии до ее преобразования. М., 1879, с. 20.
[4] Флоровский Георгий, протоиерей. Пути русского богословия. Париж, 1937, с. 368.
[5] Тихония Африканца книга о семи правилах для исследования и нахождения смысла Священного Писания. М., 1891, с. 2-3.
[6] Там же, с. 3.
[7] Возглавлявший кафедру Священного Писания Нового Завета с 1911 года архимандрит (впоследствии архиепископ Верейский, [священномученик — прим. ред. сайта КБ МДА]) Иларион (Троицкий; †1929) определяющим для экзегета Священного Писания полагал принадлежность его к Церкви: «верует ли человек в Церковь, —для него получает надлежащее значение Священное Писание». Иларион, архимандрит. Священное Писание и Церковь. М., 1914, с. 17.
[8] Филарет, митрополит Московский. Введение в чтение Нового Завета. М., 1892, с. 1-2.
[9] Замечания митрополита Филарета на руководство к герменевтике // Чтения в Обществе любителей духовного просвещения. М., 1868, с. 162.
[10] Там же, с. 157.
[11] Там же.
[12] Науку о Священном Писании святитель Филарет называл священной герменевтикой. См.: Филарет, митрополит Московский. О догматическом достоинстве и охранительном употреблении греческого Семидесяти толковников и славянского переводов Священного Писания // Прибавления к изданию творений святых отцов в русском переводе. М., 1858, т. 17, с. 468.
[13] Там же, с. 481.
[14] Михаил (Лузин), архимандрит. Толкование Евангелия. В 3-х т. М., 1870, 1871, 1874; Толковый Апостол. М., 1876.
[15] Симон (Новиков), архимандрит (ныне архиепископ Рязанский и Касимовский). Профессор МДА М.Д. Муретов и его труды по Четвероевангелию. (В конце статьи дан список трудов) // ЖМП, 1972, 4, с. 75-80).
[16] Варфоломей (Калугин), иеромонах. Работы по текстологии Нового Завета профессора МДА Г.А. Воскресенского. Загорск, 1968 [машинопись].
[17] В частности, такие замечательные исследования, как магистерская диссертация протоиерея Тимофея Буткевича (Жизнь Господа нашего Иисуса Христа: Опыт историко-критического изложения евангельской истории с опровержением возражений, указываемых отрицательной критикой новейшего времени. М., 1883, 2-е изд., СПб., 1887, 804 с.); магистерская диссертация протоиерея Николая Виноградова (Притчи Господа нашего Иисуса Христа. М., 1892); воспитанника МДА Сильченкова К.Н. (Прощальная беседа Спасителя с учениками (Ин. 13, 31-16, 33): Опыт истолкования. Харьков, 1895); Николина И.П. (Деяния святых апостолов: Опыт историко-критического введения. Сергиев Посад, 1895, 386 с).
[18] Так, например, тщательный анализ благовестнической деятельности святого апостола Павла дан в работах: Артоболевский И.А., священник. Первое путешествие святого апостола Павла с проповедью Евангелия: Опыт историко-экзегетического исследования. Сергиев Посад, 1900; Глаголев Д.С. Второе великое путешествие святого апостола Павла с проповедью Евангелия: Опыт историко-экзегетического исследования. Тула, 1893; Григорий (Борисоглебский), иеромонах. Третье великое благовестническое путешествие святого апостола Павла: Опыт историко-экзегетического исследования. Сергиев Посад, 1892; Протасов Н.Д. Святой апостол Павел на суде у Феста и Агриппы: Историко-экзегетический анализ содержания 25 и 26 глав книги Деяний по греческому тексту. М., 1913. Магистерские диссертации, посвященные отдельным посланиям святого апостола Павла: Назарьевский И.Т. Послание святого апостола Павла к Филиппийцам: Опыт исагогического и экзегетического исследования. Сергиев Посад, 1893; Клитин А.М. Подлинность посланий святого апостола Павла к Тимофею и Титу: Критико-исагогический опыт. Киев, 1888; Полянский П.Ф. (†1936; впоследствии митрополит Крутицкий Петр, Патриарший Местоблюститель, [священномученик — прим. ред. сайта КБ МДА]). Первое Послание святого апостола Павла к Тимофею: Опыт историко-экзегетического исследования. Сергиев Посад, 1897. О богословском наследии святого апостола Павла, см.: Мышцын В.Н. Учение святого апостола Павла о законе дел и законе веры. Сергиев Посад, 1894. О Послании к Евреям — статьи Е.А. Воронцова. Об Апокалипсисе: Жданов А.А. Откровение Господа о семи Азийских Церквах: Опыт изъяснения первых трех глав Апокалипсиса. М., 1891 и др.
[19] Вениамин Платонов, священник. Повествование Евангелия от Иоанна о прощении Господом Иисусом Христом жены-грешницы: Историко-текстологическое и критико-экзегетическое исследование. Сергиев Посад, 1916.
[20] Питирим, архиепископ. Пастырская дидактика апостола Иоанна Богослова // ЖМП, 1984, 3, с. 70-75.



© Кафедра библеистики МДА, 2006.
Последнее обновление:
Адрес в интернете: http://www.bible-mda.ru/e-books/html/stroganov_v-mda-hermeneutics.html

Рейтинг@Mail.ru